Введение во храм Божией Матери. Беседа о празднике и воспитании детей (+видео)

ВВЕДЕНИЕ ВО ХРАМ БОЖИЕЙ МАТЕРИ. БЕСЕДА О ПРАЗДНИКЕ И ВОСПИТАНИИ ДЕТЕЙ (+ВИДЕО)

Беседа с иереем Алексием Лымаревым о событии праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы, его значении для нас, о том, как воспитать детей истинными христианами, как поступить в тех или иных сложных ситуациях, с которыми подчас сталкиваются родители, – беседа со священником Алексием Лымаревым, преподавателем Сретенской духовной семинарии. 

 

– Отец Алексий, некоторые, провоцируя дискуссии, задаются вопросами: а могло ли быть само празднуемое сегодня событие? возможно ли было в ветхозаветные времена, чтобы девочка вошла в Святая Святых, куда даже первосвященник-то мог только в особый день входить?

– Действительно, мы знаем, что всякий переступающий границы дозволенного бывал побиваем камнями; точно так же мы знаем, что нельзя было входить в Святая Святых даже простому священнику, а первосвященник входил лишь единожды. Но в то же время мы можем прочитать в свидетельстве Ветхого Завета, которое подтверждено Самим Господом нашим Иисусом Христом, о том, что и пророк Давид вошел в храм и взял хлебы предложения, которые не должно было есть ни ему, ни всем тем, кто был с ним. Так что это было возможно, и мы видим исторический прецедент, что и человек делает то, что ему не должно было делать по закону. Предпринимая попытку проникнуть в тайну этого события, мы должны вспомнить и о том, сколько происходящего – и у всех на глазах – воспринимается нами с любовью и верою, но абсолютно не замечается другими людьми. Это возможность для каждого из нас понять, что Господь одному человеку может открывать, а другому человеку может закрывать. Поэтому лично для меня абсолютно не возникает вопроса: могло быть это историческое событие или не могло быть? Оно было. Потому что нет ничего невозможного для Бога.

 Введение во храм Пресвятой Богородицы осмысляется как такое важное событие, что даже празднуется как двунадесятый праздник. Так в чем же его духовный смысл?

– Это событие дает нам один из удивительных ключей к пониманию того, каким должно быть подлинное воспитание человека как христианина, воспитание ребенка. Родители, которые не имели детей, которые прожили столько лет в труде, в молитве – слезной молитве к Богу, в конце концов получают желаемое Чадо. И что мы видим? Вместо той семейной радости, которую предполагает каждый человек, обретя желаемое, они это Чадо отдают Богу по обету.

Но вот что интересно: отдавая своего Младенца в храм, они по сути не лишаются Его. Они Его приобретают. Более того, через Пречистую Деву они приобретают всю вселенную, весь мир. И сама их жизнь становится осмысленной вот этим великим событием, ибо они входят в историю человеческого рода как виновники и начаток спасения. И каждый из нас, желая счастья своему ребенку, должен помнить, что счастье может быть только через Бога. Вне Бога этого счастья быть не может. Именно поэтому, когда мы задумываемся о воспитании своих детей, мы должны, прежде всего, обратить внимание на то, что ребенок должен быть отдан Богу. Прежде всего, надо потрудиться в приучении его к послушанию и исполнению заповедей Божиих, к любви и самоотречению, к открытию своего сердца для близких – для братиков, сестричек или просто для тех людей, кто находится рядом с ним. И самое главное – надо помнить, что только через эту любовь мы можем сердце ребенка присвоить себе самому, потому что без любви мы теряем и ребенка, теряем и смысл совместной жизни с ним.

– Отец Алексий, скажите, что вы, священник и отец четверых детей, считаете самым главным в воспитании детей настоящими христианами?

– Замечательный образ дает нам классический пример пекаря, который работает с тестом. Тесто вообще-то библейский образ. А что происходит с тестом, пока хозяйка или пекарь его месит? Оно форму теряет. Пекарь тесто замешивает, пытается придать ему определенную форму, сделать какую-то фигуру из теста. А тесто расползается. Но он снова придает ему форму. И вновь тесто расползается. И так будет происходить очень долго – до тех пор, пока тесто не потеряет влагу, до тех пор, пока тесто не приобретет определенную упругость – только тогда оно сможет сохранить форму. Сколько пройдет времени, мы не знаем. Вот точно так же и ребенок. Ребенок как тесто, еще надо сформировать его волю, еще надо сформировать его характер. И пройдет много-много времени, прежде чем это случится. А до тех пор то, что ребенок не может нормально читать, заправлять постель, не хочет молиться, грубит родителям… – всё это в некоторой степени естественно для нашего поврежденного, разбитого грехом человеческого естества. Вот эта детская природа, она, словно тесто жидкое, расползается, требуя наших заботливых теплых рук любви. Поэтому ко всем огрехам ребенка мы должны относиться с терпением и пониманием, что так и должно быть. Не будет по-другому. И только наше терпение и любовь могут привести ребенка к определенному состоянию, которого мы желаем.

– Как быть, если в семье мальчик, а отец не воцерковлен? Ведь мальчики, как правило, пытаются подражать отцу.

– Во-первых, очевидно, что девушка, вступая в брак, понимает, за кого она выходит замуж, с кем она хочет сочетать свою жизнь, отдает себе отчет в том, что этот вот молодой человек, который сейчас является ее женихом, впоследствии будет отцом ее собственных детей. Я думаю, здесь и кроется ответ на ваш вопрос. Ведь, несмотря на убеждения, религиозные прежде всего, несмотря на то, что у избранника нет веры, не может быть такого, чтобы в нем не было ничего от образа Божия и от того, что в нем воспитали родители с детства. Я в это никогда не поверю. Я никогда не поверю, что девушка может вступить в брак с каким-то духовным чудовищем, в котором нет абсолютно ни толики добра. Такого быть не может. И если так, то тогда в этом молодом человеке, а впоследствии муже и отце ее детей мы можем найти если не бездну, то, по крайней мере, какие-то удивительные черты, которые универсальны во всякое время. И любая добродетель, пусть даже в атеисте, есть отражение Божественной любви. Именно поэтому ребеночку должно прививать мысль о том, что необходимо подражать папе вот в этом удивительном, что он имеет.

– А что делать, если неверующий супруг, атеист не пускает ребенка храм? Не позволяет водить его исповедоваться и причащаться?

– С одной стороны, конечно, надо воспитывать и почтение, и уважение к родителю, безусловно. Но, тем не менее, при возможности, безусловно, надо ребеночка и исповедовать, и причащать – если не будет такого сложного обстоятельства, когда это может привести к разрушению семьи. Тут как будто бы мы сталкиваемся с очень тяжелым случаем. Ведь апостолы говорили: «Справедливо ли вас слушать паче, нежели Бога?» И, по мысли Священного Писания, мы должны, конечно, исполнить волю Божию, невзирая ни на что. Но при этом мы должны понимать и другое обстоятельство: если муж старается всячески принимать участие в воспитании детей, любит свою семью, бережет ее, но пока настолько немощен, что никак не может воспринять веру, как мы бросим его? Если мы человека в болезни не оставляем и тратим годы, десятилетия, ухаживая за ним, иногда в буквальном смысле расстаемся со всем, что имеем, не считаемся со своим состоянием для того только, чтобы помочь ему, как же мы бросим человека, который нам дорог и с которым Господь нас обручил через жизнь, а иногда даже и через таинство? Как говорит апостол Павел: если жена верующая, а муж неверующий, но согласен жить с ней, откуда ты, жена, знаешь, не спасешь ли ты мужа своего? Поэтому в такой ситуации жена должна быть образцом веры и терпения, чтобы муж мог, увидев пример добродетельной жизни супруги, изменить и собственное отношение к жизни. Ведь мы можем поменять свое мировоззрение только при одном условии. Когда? Когда мы видим, что жизнь другого человека гораздо лучше, чем наша собственная. Я видел, как он живет, – я так хочу жить. И вот тогда я начинаю менять себя.

Наверное, в этом и заключается смысл воспитания ребенка: чтобы научиться принимать людей такими, какие они есть, и научиться любить их независимо ни от чего. Ходит ли он в храм или не ходит. В этом мы уподобляемся Богу. И именно поэтому такой вариант семейных отношений тоже может сослужить великую пользу и послужить великому благу как для самого ребеночка, так и для его родителей.

– Что предпринимать родителям, если в определенном возрасте, чаще всего подростковом, у ребенка проявляется некое бунтарство и он отказывается ходить в храм?

– Это бывает. Буквально на днях произошел такой случай. Ребеночек в одной из семей, будучи увлечен проповедью современного атеизма, теми роликами, которые выложены у нас на просторах «Ютуба», интернета, сказал, что Бога не существует, всё это выдумка. То есть он напитался тем не просто дурным примером, а тем контентом дурным, который во многом разрушил его еще не сформировавшееся детское сознание. Вот в этой ситуации что делать? Конечно, принуждать ребенка ходить в храм, исповедоваться, причащаться ни в коем случае не стоит, потому что это вызовет только отторжение. А родители, прежде всего, должны молиться так, как будто ребенок находится на грани жизни и смерти. Ведь очень часто родители, да и каждый человек, молятся по-настоящему тогда, когда либо его собственная жизнь, либо жизнь его близких находится под угрозой. Поэтому родители должны «забыть» себя для того, чтобы только быть через молитву с Богом в любви к своему собственному ребенку, открывая через Бога ему свое сердце.

Мы можем на правах друга, товарища, который советует, сказать: «Да, я уважаю твой выбор, потому что только свободный человек может быть счастливым, но в то же время твой выбор будет несовершенным, если ты не узнаешь и другую сторону. Попробуй посмотреть, допустим, вот этот ролик… Ты прочитал эту книгу, а теперь прочитай вот эту. Если ты отмахиваешься от этого, значит, ты боишься правды. Если ты не хочешь открыть для себя этот мир, значит, тебе просто так выгодно жить. И ты в этом случае просто трусишь, а ты не можешь быть настоящей сильной личностью, если не посмотришь правде в глаза».

– Отец Алексий, напоследок хотелось бы услышать от вас назидание родителям, касающееся темы нашей беседы.

– Прежде всего, наверное, я хотел бы сказать не родителям назидание, а себе самому: быть всегда честным перед Богом в своих поступках, мыслях и делах. И то, что несправедливо, исправлять, а того, что благое, держаться. Как говорил святитель Тихон Задонский: «Делай благо, бегай злаго – спасен будеши». Вот если таким образом мы подойдем к своей собственной жизни, то мы откроем для ребенка удивительный мир – мир внутреннего человека, духовного существа, который может жить вопреки внешним обстоятельствам, и этот мир может даровать человеку гораздо более счастья, радости и любви, чем дает окружающая нас действительность. Для этого надо быть не только честным, но и справедливым. Если не прав, то необходимо исправляться. Как говорит апостол: «Будучи наказываемы в этой жизни, мы не будем наказаны в вечности». Поэтому всякая немощь, которую мы видим в себе самом, должна тотчас же исправляться.

И если каждый из нас будет так же ответственно и строго подходить к своей собственной жизни – не к жизни ребенка, а к своей собственной жизни, – то тогда на этом удивительном пути, трудном, но в то же время славном, ребенок увидит ту подлинную встречу его отца или матери с Богом, более которой в жизни быть ничего не может.

Со священником Алексием Лымаревым беседовал
Дмитрий Дементьев

Читать далее

Приблизить современную науку к пониманию человеческой души. Беседа с психологом И.Н. Мошковой

ПРИБЛИЗИТЬ СОВРЕМЕННУЮ НАУКУ К ПОНИМАНИЮ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШИ. БЕСЕДА С ПСИХОЛОГОМ И.Н. МОШКОВОЙ

Поднимая проблему формирования православной педагогики и православной психологии, в беседе с кандидатом психологических наук Ириной Николаевной Мошковой обсуждаются особенности преподавания данных дисциплин в духовных школах, а так же подымается вопрос интеграции научной психологии и православного богословия. И. Н. Мошкова – директор Православной семейной психологической консультации «Семейное благо» (Москва), преподаватель Сретенской духовной семинарии.

Психолог И.Н. Мошкова

– Ирина Николаевна, вы читаете в Сретенской духовной семинарии курс педагогики и психологии, объединяющий знания, накопленные светской наукой, со святоотеческим наследием. Можно ли говорить о возникновении православной педагогики и православной психологии?

– На мой взгляд, и православная педагогика, и православная психология активно формируются в последние годы. Прошло уже больше 20 лет с тех пор, как стали появляться первые публикации российских православных ученых, в которых явно прослеживалась ориентация на соотнесение научных знаний со знаниями богооткровенными, запечатленными в Священном Писании и Священном Предании. Большая заслуга в формировании нового направления научной мысли принадлежит священнику и психологу протоиерею Борису Ничипорову (к сожалению, ныне покойному), докторам психологических наук Т.А. Флоренской, Б.С. Братусю, В.И. Слободчикову, Ф.Е. Василюку, В.В. Абраменковой. Следует отметить, что уже создан Институт христианской психологии, ректором которого является священник Андрей Лоргус. Все названные мною люди являются представителями научной школы Московского государственного университета. В Санкт-Петербурге также есть активно работающие и в научных, и в церковных кругах специалисты, которые разрабатывают различные вопросы психологического консультирования и психотерапии. Наиболее крупные имена – доктора психологических наук Л.Ф. Шеховцова и М.Я. Дворецкая, кандидат психологических наук Ю.М. Зенько. Все эти ученые внесли ощутимый вклад в развитие православной педагогики и психологии, причем не только в систему теоретических знаний, но и в практику. Хочется заметить, что в 1990-е годы почти одновременно сразу в нескольких городах: Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Самаре и других – появились психологические службы по оказанию практической помощи людям, попавшим в сложные жизненные и семейные обстоятельства. Это не может не радовать. Это означает, что православная педагогика и православная психология набирают обороты и начинают оформляться в самостоятельную область научного знания и особенную форму практической деятельности. Другое дело – терминология. Одни авторы говорят о создании «христианской педагогики и христианской психологии», другие – о «духовно ориентированной педагогике и духовно ориентированной психологии» или используют иные близкие понятия. О понятиях спор еще не закончен, это правда. Но стремление ученых явно выражено: приблизить современную науку к пониманию человеческой души, открытому святыми отцами Православной Церкви в ходе их аскетических подвигов.

– Допустимо ли, на ваш взгляд, употребление терминов «православная педагогика», «православная психология»?

– Я полагаю, что допустимо, хотя, как я уже сказала, дискуссия о терминологии еще не завершена. Мне кажется, что когда мы говорим о подходе к изучению человека, используя знания христианской антропологии о том, что человек есть единство духа, души и тела, то, естественно, рождается термин «христианская психология». А если мы имеем в виду конечную цель работы с человеком, состоящую в содействии спасению его души, логично говорить о «православной психологии». Поскольку спасение души достигается в процессе воцерковления человека и его добровольного участия в таинствах Православной Церкви, в которых Господь дарует верующим в Него спасительную благодать, преображающую личность, то особенно важно подчеркнуть специфику преобразования психологии человека в соответствии с православной традицией. Я думаю, что православный психолог должен оказывать человеку деятельную профессиональную помощь в формировании его самосознания как православного христианина.

– Понятно, что служение пастыря и служение психолога различны, но есть в них и нечто общее. Скажите, каким образом возможна интеграция богословия и психологии?

– И священник, и православный психолог содействуют спасению души человека. Эта задача их объединяет. Но содействуют они по-разному, разными способами и на различных этапах жизни, поэтому и у пастыря, и у психолога есть специфические особенности деятельности.

Хорошо известно, что в нашей российской действительности почти все люди крестят своих детей в младенчестве. Крестят, но не воспитывают по-христиански: традиция взращивания христианской личности в кругу семьи прервана, забыта, и понимания необходимости такого воспитания нет. Не получая от родителей спасительного примера благочестивой жизни и помощи в христианском решении непростых жизненных проблем, современный человек обречен на самостоятельный поиск истины, очень мучительный, который может длиться годами. В этот период он, как правило, испытывает тяжелые личные переживания, связанные с ощущением собственной духовной нищеты, а также тщетности усилий, направленных на решение сложных жизненных задач за счет напряжения своего интеллекта и воли. Жизнь человека в современном мире настолько сложна, настолько противоречива, что она не укладывается ни в какие рациональные схемы и не поддается никакой формальной логике. Святые отцы учили, что «образованность» и жизненная «мудрость» – разные вещи.

Только через много лет, после многих ошибок, потерь и разочарований человек начинает задумываться по-настоящему о том, правильно ли он живет, каковы его ценности и смысл его жизни. Обращение человека к Богу происходит, как правило, только в зрелые годы или даже под конец жизни, когда ему уже трудно преодолеть привычные стереотипы поведения, общения и мышления. Греховный консерватизм, привычка во всем исходить из интересов собственного «я», склонность в угоду самому себе искажать действительность, словно шоры на глазах, мешают восприятию церковной жизни.

Поворот к религиозной жизни осуществить весьма трудно еще и потому, что, как правило, переживание собственной духовной нищеты глубоко скрыто от сознания самого человека. На поверхности процесса самосознания, как правило, оказываются какие-то негативные эмоции: переживание обиды, раздражение, гнев, болезненное ощущение несправедливости, непонимания, одиночества, подавленности и тоски и т.п. Негативные эмоции закрывают подлинные причины неустроенности жизни примерно так же, как «деревья закрывают лес».

В этот момент человеку нужен помощник, нужен собеседник, который, с одной стороны, может внимательно и терпеливо выслушать жалобы «страдальца», может искренне посочувствовать ему в беде, а с другой – может помочь увидеть повторяющиеся проблемы, напрямую связанные с характером самого человека, развитием его личности и предысторией его жизни. Это функции православного психолога: выслушивание, понимание, проявление сочувствия («эмпатия»); побуждение к анализу, размышлению о себе и собственной жизни («рефлексия»). По сути, эта работа есть «взрыхление почвы» человеческой души, направленное на формирование «желания спастись» («формирование произволения ко спасению»). Разные люди в разной мере способны включиться в работу над собственной душой. Способность к самоанализу, рефлексии своих чувств, мыслей, состояний и поступков у каждого человека своя. Здесь и нужны как раз профессиональные навыки, нужно чувствовать реакцию человека, его «психологический тип», нужно подобрать к нему индивидуальный ключик, вовремя сказать нужное слово, которое заставит его сделать первые – самые важные – шаги к своему спасению.

В отличие от этого главными задачами пастыря по отношению к прихожанам являются проповедь покаяния и жизни по заповедям Божиим, «сеяние слова Божия» о спасении души и Царствии Небесном, совершение таинств, побуждение к христианскому подвигу самоотверженной любви и индивидуальное наставление, направленное на обретение христианского образа жизни. Священник помогает человеку выстроить личные отношения с Господом, приобрести подлинно христианское мировоззрение и сознание соборного единения с ближними, свойственного членам Православной Церкви.

Таким образом, православный психолог помогает человеку осмыслить себя и свою жизнь, стереотипы своего поведения и общения с другими людьми и тем содействует формированию желания «встретиться со Христом»; священник же непосредственно готовит человека к этой сокровенной и желанной встрече, содействуя тому, чтобы человек узнал и полюбил Христа как своего Бога и Спасителя.

– В чем принципиальное отличие курса педагогики и психологии, преподаваемого в духовных школах, от курса, преподаваемого в светских вузах?

– Основной принцип православной педагогики и психологии – рассматривать человека в единстве духовного, душевного и телесного начал. Центральным понятием для православной педагогики и особенно для психологии, естественно, является понятие «душа». Душа человека, согласно учению святых отцов, имеет сразу два измерения: с одной стороны, душа человека одухотворена и способна отражать лик Божий, а с другой – тесно связана с телом и отражает окружающий мир. Первое, по учению святых отцов, связывает человека с миром горним, второе – с миром дольним. Первое направление – «вертикаль», второе – «горизонталь», поэтому человек в православной традиции всегда представлен объемно: его душа всегда как бы находится на «кресте», в котором пересекается и «горнее» и «дольнее». В рассмотрении понятия «душа» в совокупности этих двух составляющих и состоит, на мой взгляд, специфика преподавания педагогики и психологии в духовных школах.

В то время как в светских вузах в основу преподавания полагается представление о душе лишь в одном – «горизонтальном» – измерении. В этом случае категория «душа» низводится до понятия «психика». Таким образом, в светских учебных заведениях рассматривается роль психического отражения в решении проблем адаптации человека к окружающей действительности. В этой связи главными предметами изучения становятся «психические процессы», «психические явления», «психическая деятельность», а также ее мотивы, структура и результаты. Без всякого сомнения, жизнь человеческой души тесно связана с жизнью его тела (об этом писал еще Аристотель в своем трактате «О душе»). Поэтому необходимо изучать и психофизические, психофизиологические, а также другие вопросы психологического регулирования жизнедеятельности и поведения человека в сложном окружающем мире. Хочется заметить, что светская психология добилась немалых успехов в экспериментальном изучении психических реакций человека. Начиная с создания первой экспериментальной психологической лаборатории, которая была открыта выдающимся психологом В. Вундтом в Лейпциге в 1869 году, и до настоящего времени ученые-психологи проводят систематические исследования психических функций человека: ощущений, восприятия, эмоций, внимания, памяти, мышления, воображения. Много написано также об исследованиях мотивационной направленности поведения человека, об изучении черт характера и его личностных проявлений. Разработаны мощные батареи психодиагностических методик, при помощи которых можно изучить человека достаточно глубоко.

Но все же без учета духовно-нравственной составляющей жизнедеятельности человека наше представление о нем будет неполным: в этом случае человек может рассматриваться лишь только как организм, как биосоциальное существо. Но ведь самое главное – понять человека как свободно развивающуюся, самостоятельную личность. «Личность», как известно, понятие духовное; это результат духовного самоопределения человека по отношению ко Христу, которое происходит под благодатным воздействием Святого Духа. Поэтому православная педагогика и православная психология рассматривают человеческую душу в совокупности сразу двух измерений: не только «горизонтального», но и обязательно «вертикального» измерения, без которого не может формироваться человеческая личность.

– Какие задачи вы ставите перед собой, читая этот курс?

– Мне хотелось бы дать семинаристам такие знания по педагогике и психологии, которые им наверняка пригодятся в будущей пастырской деятельности. Святейший Патриарх Кирилл все чаще говорит о необходимости организации на приходах миссионерского и социального служения для приобщения людей к христианским ценностям, через которые обретается духовное здоровье семьи и личности. Я думаю, что такая постановка задач очень своевременна, так как российское общество находится в глубоком морально-нравственном кризисе, вследствие которого пышным цветом цветут различные социальные пороки: коррупция, преступность, наркомания, пьянство, проституция и т.п. Очень жаль, что в эту орбиту негативных явлений все больше втягиваются дети, подростки, молодежь. Их неокрепшие души легко впитывают зло в различных его проявлениях. А происходит это потому, что в раннем детстве, в кругу семьи они были плохо воспитаны своими родителями, были заброшены, отвергнуты и психологически травмированы самыми близкими людьми. Детская душа, «обкраденная» любовью, вследствие неверия, бездуховности, невежества и жестокосердия родителей повреждается так глубоко, что в итоге человек теряет самого себя на долгие годы. Человек начинает жить, не ощущая присутствия в себе образа Божия, не ориентируясь на добро, человеколюбие, творческое отношение к происходящему вокруг него. Он тогда начинает творить беззаконие, проявляет агрессию по отношению к другим людям, становится потребителем и разрушителем благ, созданных другими.

Я думаю, что главная задача современной Церкви – возвращать человеку ранее утраченное им духовное достоинство. А для этого нужно духовно просвещать людей, а также приобщать их к христианским семейным ценностям. Молодые пастыри, выпускники семинарии, должны понимать, что происходит с человеком, как меняется его психология, когда он долгие годы живет в состоянии безверия, а также уметь возвращать Богу Его «заблудших овец».

– Какие учебники по данной дисциплине вы рекомендуете своим студентам? К каким трудам святых отцов советуете обратиться для глубокого ознакомления с предметом педагогики и психологии?

– Настоящих учебников пока нет, но есть хорошие книги, которые формируют у студентов глубокий интерес к православной педагогике и православной психологии. Не все из них написаны хорошим, понятным для студентов языком, в некоторых книгах много психологической терминологии, которая затрудняет понимание содержания. Но все-таки хорошие книги есть. Назову некоторые из них. Прежде всего, это «Введение в христианскую психологию», автор которой священник и психолог Борис Ничипоров (кстати, в прошлом мой однокурсник; вместе с отцом Борисом мы учились в МГУ на факультете психологии). Далее, «Мир дома твоего», «Диалог в практической психологии» Т.А. Флоренской; книга «Элементы православной психологии», авторами которой являются Л.Ф. Шеховцова и Ю.М. Зенько, психологи из Санкт-Петербурга. Считаю очень полезными книги митрополита Антония Сурожского, посвященные проблемам предстояния человека перед лицом Божиим: «Человек перед Богом», «О встрече», «О браке и семье» и другие. Кроме того, хочу отметить работу священника Андрея Лоргуса «Православная антропология» и серию антропологических статей митрополита Амфилохия (Радовича), которые собраны в книге «Основы православного воспитания». Считаю очень полезной книгу священника Вадима Коржевского «Пропедевтика православной аскетики. Компедиум по святоотеческой психологии». Рекомендую также студентам изучать труды святителя Феофана Затворника. В них заключена огромная глубина: святитель раскрывает изменения человеческой души, обусловленные действием благодати Святого Духа.

– Какие темы преподаваемой дисциплины представляют для студентов наибольший интерес?

– Мне представляется, что за годы учебы в СДС семинаристы успевают достаточно глубоко окунуться в богословские вопросы, вопросы богослужебной деятельности священнослужителей, историю Православной Церкви и российского государства; они изучают древние языки и овладевают искусством церковных песнопений. Это очень обогащает внутренний мир молодых людей, воспитывает семинаристов, развивает духовно-нравственную сторону их личности, приобщает к традиции.

Но, с моей точки зрения, этого все же недостаточно. Мне кажется, что студенты остро нуждаются в знаниях, которые могут им помочь сориентироваться в современных проблемах Церкви. В частности, я вижу, насколько важны для них конкретные примеры поведения людей в различных жизненных и семейных ситуациях. Как будущие пастыри, они должны научиться разбираться в людях, психологии супружеских и детско-родительских отношений, проблемах психического здоровья. Кроме того, семинаристы должны ориентироваться в официальных документах Русской Православной Церкви, принятых в последние годы по вопросам организации миссионерского и социального служения на приходах, по вопросам духовного просвещения и образования детей, подростков и молодежи. Студентам нравится, когда преподаватель знакомит их с практическим опытом работы разных церковных приходов и монастырей, а также дает конкретную расшифровку положений официальных документов РПЦ.

– А какие темы вы считаете наиболее важными для будущего пастыря?

– Сегодня многие наши современники переживают глубочайший личностный кризис: они не могут найти общего языка с близкими людьми, не могут ужиться со своими сослуживцами на работе, конфликтуют с ними, затем глубоко унывают, замыкаются в себе и испытывают горькие страдания от одиночества.

Мы живем в очень сложном мире, в мире, где утрачены духовные ценности и правильное понимание ценности и смысла человеческой жизни. Устремляясь в погоню за удовольствиями и богатством, современный человек становится крайне озабоченным проблемой собственного самоутверждения. Его человеческое «я» становится эгоистичным и эгоцентричным, недоверчивым и подозрительным, поскольку все другие люди, так же стремящиеся к самоутверждению, становятся для него «соперниками», «противниками» или даже «врагами». В этих условиях гордость человеческая расцветает пышным цветом! На ее основе формируются разнообразные греховные наклонности, пороки и психологические зависимости. Скрывая эти пристрастия от других людей и от себя самого, современный человек часто живет «двойной жизнью» и усваивает так называемый «подпольный характер». В результате оказывается, что психология современных людей очень сложна: на поверхности одно, а в глубине нечто прямо противоположное. Это касается и тех людей, которые сейчас начинают воцерковляться. Молодым пастырям не хватает опыта общения с людьми, не хватает знаний о строении человеческой души, ее искажениях в состоянии греха, поэтому на первых порах им бывает очень трудно понять тех людей, которые приходят к ним на исповедь. Вследствие этого им бывает очень трудно дать соответствующие пастырские наставления прихожанам, кающимся в своих грехах. А это ведет к формализму и потере доверия со стороны прихожан.

Вспомним, что, согласно святителю Феофану Затворнику, православная психология должна изучать состояние души человека, поврежденной грехом, а также в состоянии просвещенности души благодатью Святого Духа. Изучая эти вопросы в курсе «Педагогика и психология», будущие священники могут подготовиться к выполнению своих обязанностей и помочь людям, попавшим в беду.

Я думаю, что самое важное сегодня для семинаристов – разобраться в вопросах становления и развития человеческой личности. Очень важно понять, что личность есть результат раскрытия образа Божия, которое достигается человеком на основе личного подвига веры во Христа при содействии благодати Святого Духа, постепенно преображающей его душу.

– Существуют ли практические занятия для семинаристов по преподаваемым вами дисциплинам?

– Ознакомительная практика для студентов семинарии проходит в стенах государственного учреждения – Царицынского комплексного центра социального обслуживания (КЦСО), в котором в течение ряда лет ведется работа по инновационной программе «Духовное здоровье семьи и личности».

Разработка данной программы принадлежит коллективу православных психологов-консультантов автономной некоммерческой организации (АНО) «Психологическая служба “Семейное благо”», работающему под моим руководством уже четыре года. Следует заметить, что созданию АНО «Семейное благо» предшествовал десятилетний период практической работы православных специалистов, который первоначально складывался в стенах РОО «Православный центр “Живоносный Источник” в Царицыне», а затем был перенесен в Царицынский КЦСО. За многие годы сотрудничества церковного и государственного учреждений сложились условия для установления делового партнерства в вопросах оказания помощи людям, попавшим в сложные жизненные и семейные обстоятельства. На базе отделения психолого-педагогической помощи Царицынского КЦСО в апреле 2006 года сформировалась группа православных специалистов, объединившихся в коллектив АНО «Семейное благо», который ведет ежедневный прием посетителей по проблемам семьи и христианского воспитания детей.

Практика семинаристов СДС предполагает ознакомление с инновационной программой «Духовное здоровье семьи и личности», с установившимся порядком приема посетителей, обратившихся за помощью, а также с ключевыми проблемами, которые обсуждаются во время психологических консультаций. Кроме того, студенты СДС имеют возможность познакомиться с тематикой проводимых семинаров для родителей, тематикой развивающих занятий с подростками и семинаров для специалистов (психологов, педагогов и социальных работников), которые проводились специалистами АНО «Семейное благо» в Москве, Рязани и Санкт-Петербурге. В ходе экскурсии по зданию семинаристы имеют возможность познакомиться со структурными подразделениями Царицынского КЦСО, занимаемыми помещениями и их оборудованием, предназначенным для работы с социально незащищенными гражданами района Царицыно ЮАО Москвы.

– Каких результатов вам хотелось бы достичь в процессе образования будущих пастырей?

– Мне хотелось бы сформировать у студентов умение ориентироваться в психолого-педагогических проблемах, прежде всего, для того, чтобы они заботились о своем личностном развитии, о собственном духовно-нравственном становлении. Человек, который стремится к своему росту и развитию, всегда будет озабочен тем, чтобы и люди, окружающие его, также двигались вперед и непрестанно совершенствовались. Мне кажется, что без этого выпускник семинарии никогда не станет хорошим пастырем. Становление личности, духовное созревание молодого пастыря, на мой взгляд, кроме того, является прямой предпосылкой создания им крепкой православной семьи, которая станет для него и опорой, и поддержкой в будущем нелегком служении.

Личный облик пастыря, его собственный духовный и культурный кругозор, его крепкая семья, по-христиански воспитанные дети – все это станет для прихожан вдохновляющим и привлекательным примером.

С Ириной Мошковой беседовал
Дмитрий Дементьев

Читать далее
Сайт психолога-консультанта Дмитрия Дементьева